michelleka (michelleka) wrote in russiantowns,
michelleka
michelleka
russiantowns

Categories:

Чего в Малоярославце совсем немало или любимая Лужа вятичей


    Сегодня - день воскресный, а значит начало его сонное, тихое и почти безмашинное, а нам предстоит кияколазутчиками перебраться на другую сторону столицы и отправиться в еще одну неезженую досель область. По старой Калужской дороге жаждем доехать мы до милейшего городка Малоярославец, а также до кичащегося своим научным происхождением Обнинска и родины всех спичек и коробок – Балабанова, а затем завернуть в разукрашенный причудливыми рисунками Боровск. Вот такой план блиц-проезда по Калужской области. А почему мы упомянули день воскресный, а потому что он дает нам возможность по-быстренькому пересечь Москву кратчайшим путем, через центр, и сэкономленное время пустить на исследования новых территорий.




    Вся окутанная октябрьскими ласковыми лучами столица пропускает нас, почти нигде не задерживая. И вот уже мы переезжаем МКАД и попадаем в первый областной населенный пункт на Старо-Калужском шоссе – в деревню с весьма нетривиальным названием – Мамыри. Хочется похихикать и изумиться, что мол там за «мымры» или прочая нечисть проживает. Ан нет! Жители Мамырей - натуры утонченные и романтические, они придумали сразу две версии названия своей малой родины и всё на французский манер. Согласно первому варианту виноват некий француз, который влюбился в местную красавицу и громко кликал её, сидя у обочины пыльной дороги: «Ma Marie! Ма Мари!». Все привыкли к этому тоскливому кличу и так и стали называть эти места. По всей видимости, данная версия - для любителей историй о несчастной и одинокой любви с трагическим финалом, иначе чего б дядьке-то кричать так долго и упорно?! Только если девица выходить не желает.

    Другая версия - для любителей матримониальных отношений и амурных историй в лучших традициях галантного века: некая богатая старушка-помещица с причудами полюбила моложавого француза с усиками, сочеталась с ним законным браком, пожила годок-другой, а потом скоропостижно скончалась, оставив суженому эту деревушку, написав в дарственной «mon mari», то бишь – моему супругу, а бестолковый нотариус решил, что это деревня так называется – Монмари, ну а дальше дело времени и тугоухих и косноязычных крестьян.

    Сейчас это крошка-деревушка в 30 домиков. Примерно половина населения - старички, боящиеся нависших в самой непосредственной близости "Икеи" и "Меги", а вторая - юные прожектеры, мечтающие о суверенной станции метрополитена «Мамыри» и переделывании всего хитросплетения линий столичного метро. Вот такие они, Мамыри, мамырята и мамыряне!



    А вот и первый город на пути: центр научного магнетизма Московской области, чарующий своими лиричными аббревиатурами ТРИНИТИ и ИЗМИРАН, в которых запрятались Троицкий Институт инновационных и термоядерных исследований и Институт земного магнетизма, ионосферы и распространения радиоволн и еще 7 различных НИИ. Итак, вот он - город Троицк.



    Троицк дарит нам еще и теплый кофе в Макдональдсе, в который, как по команде, сразу же бросились стекаться местные жители, и остановку с волшебным названием Физическая. Скорее всего, название ей дал находящийся прямо напротив Физический институт имени Лебедева, но звучит-то как! Как звучит!



    Следующая местность прямо-таки и веет некоей румяной и дородной деревенской стариною – Бабенки. Деревня эта в былые годы была весьма известна по всей Руси. Именно здешние мастера-токари выдумали игрушки-вкладыши и породили моду на пасхальные яйца с сюрпризом и на изюминку сувенирных развалов для иностранцев – куклу-матрешку. Местный токарь Ромахин как-то умудрился сделать уникальный «киндер-сюрприз» с сотней вкладных фигурок - мал мала меньше, а уж яйца с 50-тью вкладышами считались для мастеров почти обыденной работой. А еще делали здесь бирюльки. Крохотные-прекрохотные, такие, чтоб вытаскивать бирюльку из кучки, было сложно. Пасхальное яйцо с 50 вкладышами продавали местные мастера на московских базарах за 6 рублей, игра в бирюльки стоила 13 рублей за набор из дюжины бирюлек, а матреха - целых 27. Для сравнения, к примеру, килограмм сахара тогда стоил всего 15 копеек, так что жила деревня безбедно и припеваючи. В 70-х годах прошлого века бабенцы-молодцы опять отличились: местный токарь А. Седов придумал делать большие матрешки и прятать туда бутылки со спиртосодержащими напитками, наверное, от жены. Сначала для себя, потом для друзей, а потом мода прижилась и распространилась.



    Тут следует немного коснуться гидрологии края.
    Речка, своим названием рождающая в голове образ не то поляны в лесу, не то поленницы дров, а на самом деле взявшая свое имя из древнерусского эпоса, ибо Поляница – это храбрая богатырка в Древней Руси, которая принимала участия в сечах и билась наравне с мужчинами богатырями.



    Конечно, местные жители хором убеждают, что название следующей реки нужно читать с ударением на первый слог. Будем им верить?! Эх, сколько тут с ударением не мути, а не хотела бы я погожим летним деньком в Моче искупаться, не по мне это как-то.



    Следующее село известно, прежде всего, благодаря находящейся рядом старинной усадьбе. В советское время усадьбу Вороново национализировали и превратили в санаторий Академии Наук, а для обслуживающего персонала построили дома и магазинчики.



    Само же имение Вороново имеет длинную и изобилующую самыми разнообразными поворотами судьбы историю. Изначально Вороново – родовое имение князей Волынских, данное в удел военачальнику Михаилу Боброку-Волынскому – другу и родственнику Дмитрия Донского. А название свое имение получило от того, что один из потомков Боброка уродился смуглый, с иссиня-черными волосами, так и прозвали его – Вороной. Волынские были в фаворе у императрицы Анны Иоанновны, пока не были оговорены Бироном и казнены или сосланы в монастыри под всяческими смехотворными предлогами. Затем власть сменилась, уцелевшую наследницу нашли и вручили ей родовое имение обратно в качестве подарка на свадьбу с графом Иваном Воронцовым. Так, Вороново стало принадлежать Воронцовым. Именно они придали имению его шик и лоск. Сын Ивана, Артемий, который по совместительству был еще и крестным отцом отца русской поэзии А.С. Пушкина, пардон за легкий каламбур, спустил на обустройство поместья всё свое состояние. Потом ужаснулся, что все деньги закончились, и продал Вороново генерал-губернатору Москвы графу Расточину. Растопчин был господином весьма эксцентричным, он развел здесь лошадок, считавшихся одной из самых красивых пород в царской России. Помимо страсти к лошадям граф был падок на лубочное искусство и любил мистификации, поэтому забавлялся, изготовляя псевдонародные картинки с подписями и якобы крестьянскими стихами. Будучи любителем театральных эффектов граф собственными руками поджег свое имение, когда узнал, что французы отступают от Москвы именно по этой дороге. Да-да, мы едем как бы по следам французской армии. Этот момент нам еще очень понадобится для дальнейшего нашего повествования. Так вот, этот жест Растопчина послужил примером многим помещикам и крестьянам, в итоге, практически все имения и деревни на пути Великой армии оказались пустыми и голодными пепелищами.

    И еще чуть-чуть о последних владельцах Воронова – графьях Шереметьевых. Прикупив имение после пожара граф А.Д. Шереметьев настолько озаботился пожарной обстановкой в стране и в округе, что создал у себя в имении первую в этих краях профессиональную пожарную команду и стал выпускать информационно-профилактический журнал «Пожарный». Вот он один из изящных дворцов Вороновского усадебного комплекса, любуемся и мчимся дальше.



    А рядышком скромненько, бочком примостилась деревня имени одного моего излюбленного мужского имени. И всё-таки несправедливость какая – вона сколько Семенковых уже успели проехать и ни одного Маргариткина!



    Всё-таки удивительно и иногда комично выглядит поветрие – делать рекламные указатели совершенно такими же, как обычные джорожные знаки, а иногда даже писать указатели на различные предприятия вместе с названиями близлежащих населенных пунктов. Ну что вот это за деревня Асфальтобетонный завод, скажите на милость?!



    Деревня Львово в общем и целом ничем особо не примечательна, зато недалеко от неё есть остановка на БМО – Кресты, которую мы проезжали, когда здесь стояли лютые морозы и лежали глубокие снега. К сожалению, внятного сворота к станции со Старой Калужки мы не нашли, а жаль, ведь Кресты – это даже конечная остановка для некоторых собак из Калуги и Апрелевки.



    А вот это название у меня ассоциируется с какой-то вредной и ворчливой бабкой, кстати говоря, поговаривают, что раньше владела им некая помещица Лобановская. Так и представляю старушку морщинистую в чепце. Выйдет она бывало на крылечко и бунчит, и бунчит. А старина Даль мои фантазии делает вполне реалистичными, ибо «бунчать» - это брюзжать, бубнить и бубукать, а иногда даже - негромко напевать. Хотя, конечно, назвали деревушку по имени речки, которая видимо как-то так негромко текла-ворчала неподалеку.



    Последнее, чем одаривает нас Московская область, – это пионерский лагерь «Горки», между прочим, до сих пор действующий и до сих пор пионерский, просто теперь пионерию местные вожатые называют, кхм, большой ролевой игрой с воспоминаниями советского времени. Это почти точная цитата из текста завлекалочки в прошлое лето. Это точно лагерь для детей?!



    А потом нас приветствует сначала Жуковский район Калужской области. 4 звездочки, так и хочется добавить - «all inclusive», и лишь за тем выставляет себя на показ сама застенчивая Калужская область.





    А вот это не мамино, и не бабушкино, и даже не вот того дядечки в шляпе. Это – Папино! Вот такая симпатичная деревушка вдоль дороги.



    Рядышком деревня, в которой, судя по названию, среди местных жителей должны преобладать бравые парни с чубами, развивающимися по ветру, под узцы держащие исключительно чубарых коней, ну таких, знаете ли, "у яблоках", если сказать это на слегка великоросский манер.



    Не успели налюбоваться парнями со всеми их прическами и лошадьми, как уже появилась следующая деревушка. Въездная табличка деревни, очевидно, стала, достойным украшением чьего-то дачного комплекса. А что - очень стильно и по-дачному объявить свой участок территорией сплошной Бухловки. А вот как применить выездную таблицу никто пока не додумался, поэтому её-то мы и запечатлели. Местные жители, когда не заняты профильным по названию занятием, пекут пирожки и беляши и обсаживают с увесистыми сумками обе стороны дороги. Поговаривают, даже и вкусными.



    А вот деревня с птичьим названием Воробьи и с делающим сей населенный пункт еще более птичьим – первым и единственным в России Парком Птиц. Запомним, что в этих краях находится местечко Акатово, оно нам еще пригодится при дальнейшем рассказе.



    Гидрология Калужской области для нас начинается с речки с названием, достойным стать именем эдакой простой и наделенной бурными страстями, ошибающейся, но в целом положительной героини-купчихи из какого-нибудь заброшенного в глушь лесов городишка. Оно чем-то даже напоминает устье, но это – Истья.



    А вот еще одно напоминание того, что мы мчим по следам французской армии:



    Будем честны, заметили мы его только из-за красочной стелы с гусарами и драгунами и одноглазым Кутузовым. В сельце Тарутино располагалась ставка Кутузова, после того как русские войска оставили Наполеону Москву. Нужно было любой ценой не дать французам дойти до богатой всяческим провиантом Калуги. Состоялось тут и сражение – в очередной раз фактически неудавшееся, ибо Кутузов ставил целью разбить полностью армию Мюрата, на которую решился напасть, подкравшись под покровом ночи, но французы переполошились, вынуждены были сняться со своих позиций и даже побросать провиант и орудия. А для духа долгое время отступавшего войска этот факт был уже достаточным, чтобы записать эту баталию себе в актив побед. Владелец Тарутина граф Разумовский на радостях подписал вольную всем 745 своим крестьянам, а чтоб им чересчур масляно не жилось, в обмен обязал собрать денег и выстроить монумент в честь этой знаменательной победы. В общем, долго ли коротко, а к 1834 году сгондобили памятник, но хорош ли он – плох ли, мы сказать не можем. Зато так уж получилось, что с того самого боя на реке Чернишной русской армии опять стала покровительствовать Фортуна.

    Но терпение, друзья мои, терпение, ибо в историческую часть нашего описания вклинивается более современный персонаж.

    Городок Белоусово, маленький такой, тихенький, в 104 км от Москвы, да и молоденький, ибо городом стал только в 2004 году. А раньше был обычным рабочим поселком при молочной фабрике. Расположен на реке со смешным названием Дырочная. Название свое заработал от названия травки-муравки под названием белоус. Так бы и остался сей градишко без нашего внимания, но здесь примерно до 3-х лет пытался топтать белоусовскую землю своими еще не вполне твердыми ножками некий Александр по фамилии Гордон. Ну да, тот самый, что и Гордон-Кихот, и Гордон-Жуан. А прикольно б было, если б это он тут, по оказии, мимо вывески на велике ехал...



    Ну а теперь, когда мы уже основательно проехались по Жуковскому району, можно несколько слов сказать и о городе, давшем ему название, или о персонаже, давшем ему название, тут уж как посмотреть. Собственно, в этом указателе собрано и то, и другое сразу.



    Город Жуков – второй и предпоследний город в районе (Белоусово мы уже как-никак посчитали) раньше назывался Угодским Заводом, а в 1974 году, когда легендарный военачальник умер, решили заняться увековеченьем его имени, и, выбрав местечко неподалеку от деревни, где он родился, сделали его городом, да еще и районным. А собственно стрелка на Стрелковку – это прямой ориентир для тех, кто хочет посмотреть на избу, где провел детство и юность маршал. Еще в деревне есть памятник Жукову с отбитым кусочком шинели. Основной, парадный вариант музея, для интересующихся фигурой Георгия Константиновича, - тоже по стрелке, но уже в городе Жукове. Но лучший и самый запоминающийся памятник Жукову, нас ждет впереди.



    А вот сельцо с чудесным и позитивным названием – Доброе. Особенно хорошо сочетается с солнечным деньком и хорошим настроением.



    А вот и главная водная артерия этих мест и части подмосковных – река Протва, уйма замечательных и не очень городов на ней выстроили – Боровск и незабываемая Верея, Жуков и Кремёнки, Обнинск и так и не посещенное пока нами Протвино.



    Множество умных дядек-историков билось над тем, чтобы объяснить происходение названия речки. Одни говорили: «Это всё монголы, они сюда пришли, пальчики в воду опустили, а там вода-то ухх, холодная, вот они и раскричались, чувствительные натуры – про ва, про ва (типа, вода холодная, вода холодная)». Другая версия менее поэтичная и связана, скорее, с домашними хлопотами . Со словом «пъртъ», или иначе кусок ткани, лоскут. Вроде как здесь очень любили древние славянские барышни бельишко стирать да полоскать.

    Так вот ты откуда, корнет Оболенский, вечно пребывающий на побегушках у лирического героя известной всем песни.



    Но, несмотря на то, что нас уже готов приветствовать Малоярославецкий район, давайте-ка немного здесь задержимся. Ибо каких-нибудь три века назад на месте этой скромной таблички практически в чистом поле, стоял город, причем древний, центр самостоятельного княжества Оболенского. Основателя города и княжества Константина Оболенского быстренько убили литовцы и княжеством очень успешно правили его сыновья Семён и Иван, что редко для братьев того времени, не ссорясь. Вообще род Оболенских был в старину очень прославленным на всяческих поприщах и древним, но во времена Ивана Грозного большинство его представителей погибло от рук опричников, а потому и остались они в стороне от большой истории, так, подай-принеси, в корнетах да в поручиках. А в 1776 году город Оболенск по приказу Екатерины II вовсе упразднили и стал он селом – селом Оболенским, которое мы и проехали, повиляв киячной попкой на шоссе для порядку, как на рисунке показано было.

    Чем же нас радует район Малоярославецкий?

    А дарит он нам для начала деревню Шемякино с помятыми шемякинцами на остановочном пункте, а где-то чуть в стороне должна прятаться ж/д станция Шемякино Киевского направления электричек.



    О следующем населенном пункте самом по себе рассказывать собственно нечего – ну небольшое село с революционным названием Коллонтай. А кто такой этот Коллонтай? Откуда он и чем славен?



    А между тем Шурочка Коллонтай – фигура весьма интересная и эксцентричная. Родилась в богатой и знатной семье, была любимым ребенком, окружена литературной и театральной богемой. В её кузенах значится поэт Серебряного Века Игорь Северянин.

    В ранней юности Александра была большой модницей и ветреницей, из-за неё умудрился застрелиться её юношеский друг и еще один вполне взрослый полковник, нещадно отказывалась она выходить замуж за знатных и богатых ухажеров, и из вредности обвенчалась со своим бедным, но зато слегка революционным кузеном Владимиром Коллонтаем. Ну а дальше - больше, коммуну у себя дома организовать попробовала в духе семейства Маяковских-Брик, очень много писала об уравнивании прав женщин и мужчин, проповедовала отказ от института брака. Еще в 1905 году с Лениным подружилась, а потом в разгар предреволюционной смуты отдала своего сына на воспитание дедушке и уехала в Европу жить среди революционных рабочих и матросов. В истории Коллонтай осталась известна как первая женщина-министр, сейчас сказали бы минздравсоцразвития, тогда это называлось чуть длиннее – нарком общественного призрения. А в махровые советские годы она стала первой-женщиной послом, сначала в Мексике, а потом в Скандинавских странах, за свою деятельность по предотвращению активного вступления Финляндии во Вторую мировую её даже выдвигали на Нобелевскую премию мира.

    Но пока я Вам всё это рассказывала, Коллонтай уже остался далеко позади, и нас встречает новая табличка с надписью:



    Начинаем наш осмотр с основных транспортных артерий городка.



    Автовокзал чем-то напоминает лубочный теремок с остроконечным куполом, только наверху не петушок, а мишка, как и у большого Ярославля – у маленького Ярославца топтыгин тоже красуется на гербе.



    Разнокалиберные автобусы стоят в ожидании своих пассажиров.



    А купить необходимые в дорогу товары малоярославцы могут не в обычной палатке, а в мультимаркете. Что? На обычный ларек похоже? Не обижайте мультибренд «Малый» - написано же «мультимаркет».



    Железнодорожная станция незакрытая, нелюдная и очень позитивно залитая солнцем. И вокзальчик тоже довольно вместительный имеется.





    Знаки очень позитивны и схематичны, любой узнает себя в образе этого прекрасного человечка, бодро шагающего по чудесной лесенке, а какова голубая лазурь фона – красота!



    Малоярославец является конечной остановкой для некоторых электричек этого направления. Остальным приходится до Калуги чесать. Нам удалось застать момент неспешного прибытия одного из составов.



    Пока немногочисленные пассажиры прибывают и убывают, согласно расписанию, на станции кипит суровый и благородный труд. Вон как ловко дядьки орудуют.



    Город Малоярославец - хоть и маленький, но древний. Основал его в былые годы Серпуховской князь Владимир Храбрый.





    А теперь внимание, проверяем, насколько внимательно Вы читали наш рассказ – Владимир заработал своё прозвище Храбрый вместе с уже известным нам Боброком-Волынским на Куликовской битве. С кем князь дружил и воевал вместе? Правильно, с владельцем имения Вороново. Точной даты возникновения города никто не знает, поэтому малоярославцы, недолго думая, выбрали годом своего рождения первое упоминание о Ярославце в летописи. Да-да, до вступления в состав Московского княжества городок назывался просто Ярославцем в честь любимого сына Владимира – соответственно Ярослава и частичкой Мало- обзавелось лишь в 1485 году.

    История города таит множество интересных фактов, поэтому немудрено, что сюда устремляются туристы. А вот этому транспортному средству для любопытствующих явно не повезло.



    Как любопытные и неравнодушные зеваки документируем все обожженные места подробно в фас и в профиль.





    А до того, как здесь обосновались восточные славяне, здесь в VII веке было поселение славян западных – вятичей, которые принесли на эти земли очень забавно для современного уха звучащую борщевскую культуру. На высоком берегу реки Лужи устроили они свое городище. А мы отправились этот холм покорять. Путь наш был тернист. Зато дорогу до городища найти легко, достаточно знать, что оно находится рядом с монастырем.



    Холм сей пользуется популярностью у разных слоев местного населения: художники рисуют там родные просторы, влюбленные парочки обнимаются, а подшаманивающие гармонисты исполняют ритуальные песни вятичей. Плачущие мелодии гармоники сопровождали весь наш путь. Но гармонист оказался робок и при нашем появлении ретировался. Остальные были крепки и стойки в своих позициях.





    Древние вятичи строили курганы, на которых вспоминали своих предков, современные их потомки эту традицию не бросили и даже внесли в подобные сооружения весьма причудливые элементы урбанистического декора.





    А вид с холма и вправду вполне себе умиротворяющий, раздольный.



    А теперь нам предстоит из эпохи языческой возвратиться во времена менее древние, зато более героические для жителей городка. Итак, спускаемся к Черноостровскому монастырю.



    Раньше монастырь назывался Черноострожский, так как построили его на горе Черный острог. Построил его еще один уже известный нам друг – князь Оболенский. Но уже во времена войны 1812 года он был недействующим, так как был упразднен по бедности. Восстановил его Александр I и то уже как памятник в честь событий 1812 года, специально распорядившись оставить на здании следы от пуль и картечи. На стену повесили первую в истории мемориальную табличку в память о событиях 1812 года "Язвы в память французской войны». В 1950 году в монастыре устроили квартиры для семей работников местного музея, а сейчас опять пустили монашество.



    Вот мы плавно и подошли к основной вехе в истории Малоярославца. Переносимся снова в октябрь 1812 года. Тарутинское сражение придало смелости партизанским отрядам и крестьянскому населению. Французские солдаты начинают реально голодать, многие кавалеристы спешиваются и жарят шашлыки из лошадей, бросают тяжелые пушки и обозы. Намек о мире Александр проигнорировал, на Санкт-Петербург идти Наполеон поостерегся из-за холодов. Прямой путь на Смоленск, где Наполеон надеялся накопить силы для новых баталий, закрыт Тарутинской ставкой, поэтому Малоярославец стал единственным путем благополучного отступления Великой армии. Сам по себе городок был очень мал, всего полторы тысячи жителей.
Местный секретарь уездного суда Савва Беляев особо отличился своей помощью русской армии, под его руководством местные жители разрушили мост и местную мельницу, увезли из города провиант. А после сражения он устроил в своем доме лазарет для раненных воинов. За это ему вручили бронзовую медаль и поставили памятник.



    Само сражение началось 24 октября 1812 года. Со стороны французов боем командовал сам Наполеон, с нашей стороны – генерал-кавалерист Дохтуров. С обеих сторон силы сошлись примерно равные – по 25 тысяч человек. За 17 часов сражения город переходил из рук в руки 8 раз. Первыми преуспели литовские мушкетеры – 33й егерьский полк под командованием Адама Бистрома оттеснил французов на окраину города. За что благодарные малоярославцы и им воздвигли памятник.



    Малоярославцы, они вообще чрезвычайно благодарные, ну просто очень, и это является у них главной мотивацией для возведения любого памятника. На эмоциях они воздвигли еще и памятник мужественным гренадерам с точно таким же солдатиком.



    На этом они не остановились, а соорудили еще один общий благодарственный памятник всем солдатам.





    И слова Кутузова , высеченные на камне совершенно правильны, стратегическую важность сражения понимали обе стороны.



    Но финалом сражения 24 числа была опять-таки победа французов. В 10 часов вечера при полной темноте все выстрелы стихли, русская артиллерия окружила городишко кольцом, а кавалерия решила устроить французам наутро небольшую встрясочку. Конница атамана Платова в ранний утренний час внезапно ударила в самое сердце лагеря французов, и если б не азартное казачье «ура!» запросто могла взять в плен самого императора. Но услышавшие русскую речь командиры спрятали и отстояли Бонапарта. И началось позорное бегство французов. «Мы и так довольно совершили для славы. Теперь подходящее время перестать думать о чем-либо, кроме как о спасении оставшейся армии» - объявил Наполеон своим генералам.

    Всем русским солдатам и офицерам, участвовавшим в Малоярославицком сражении, возведен монумент в сквере.



    А впереди всех, конечно же, - главнокомандующий.



    Диарама сражения, маленький уютный желтый домик, чуть сбоку от монументов, вопреки табличке с расписанием, не работает.



    Полностью разрушенный город постепенно восстановили. Украсили церковками с блестящими голубыми куполочками. На фоне ясного неба очень нарядно смотрится.



    А потом и дороги здесь стали лучше и шире, и почтовой станцией малоярославцы обзавелись. Даже старина Гоголь однажды здесь передышку от дорог устроил и чаю откушать изволил, и благодарные малоярославцы тут же и ему табличку смастерили.





    В годы ВОВ Малоярославец был оккупирован более, чем на 2 месяца, здесь шли ожесточенные бои. В память об этих событиях малоярославцы зажгли вечный огонь и установили пусть маленькую, но свою собственную Родину-мать.



    А еще более благодарные их потомки установили очень поразивший меня своей странной конструкцией памятник Жукову. Жуков с ампутированной рукой придерживает другой свою накладную грудь – по-другому я расшифровать мессадж, данный скульптором, просто не могу, не хватает знания культурного кода, очевидно.



    Продолжает ряд странных памятников – монумент в честь юных узников фашистских лагерей. Всмотритесь в их лица, это ж просто зомби какие-то.



    Не менее достоин внимания и монумент с солдатом - взрослым зомби, возведенный в честь малоярославцев-воинов-афганцев.



    Венчает ряд военных памятников небольшое собрание военной техники.



    О ратных подвигах былых времен напоминает скромный киоск фастфуда «Завтрак гусара». Так и представляется бравый весельчак в лосинах и красном пиджачке нараспашку, который скромно мнется в очереди за гамбургером или хотдогом. А где же шампанское в ведерке и икра во втором, господа?!



    Часть бывших монастырских помещений отдали для культурных нужд горожан, поэтому в городке своя картинная галерея, где собраны картины вполне известной художницы Е. Чернявской и других местных дарований.



    А вообще не стоит ни в коем случае забывать, что



    Это второе базовое качество жителей, кроме исторической благодарности. Возможно, поэтому городок, пусть и маленький, но симпатичный, чистенький, лица у людей всё исключительно приятные, а манеры обходительные. Даже солнце и хорошую погоду, кажется, подсуетились и включили для нас именно они.

    Но вечно оставаться здесь мы не можем, ибо маршрут-то расписан под завязочку. Отправляемся в следующий город на нашем маршруте. Даже дорожные знаки осторожно намекали нам, что гладким и приятным пребывание здесь не будет.



    Но о всех перепитиях наших дальнейших передвижений по Калужским краям терпеливые читатели смогут прочесть лишь в следующем моем рассказе.
Tags: Малоярославец
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments